«Бумага» изучила тексты судебных решений по уголовным делам вернувшихся или сбежавших с «СВО» военнослужащих. С февраля 2022 года в Петербурге назначили как минимум 167 приговоров таким фигурантам. Реальные сроки получили менее половины из них.
Мы не включили в эту сумму дела, связанные исключительно с военной службой, такие как самовольное оставление части или нарушение уставных взаимоотношений.
Каждый третий совершивший преступление ранее был судим
Ранее к уголовной ответственности привлекали как минимум 46 из 167 осужденных участников войны. Из них не менее 11 человек отправились на фронт из колонии. В текстах семи приговоров говорится о помилованиях, которые аннулировали предыдущие судимости. Старые преступления в таких случаях не считаются отягчающими обстоятельствами при вынесении нового приговора. При этом часто суды смягчают приговоры за участие в войне и наличие боевых наград.
Так, в 2025 году за организацию заказного убийства четыре года лишения свободы получил ранее осужденный Александр Тютин. На почве ревности к супруге он нанял бывшего сослуживца, чтобы убить гражданина России на территории Турции. Покушение сорвалось, поскольку один из потенциальных исполнителей сообщил в полицию.
Четырьмя годами ранее Тютина приговорили к 23 годам колонии по делам о неудавшейся попытке заказать убийство племянницы и убийстве семьи бизнес-партнера. Исполнители расстреляли партнера и его супругу из автомата, а двух их детей зарубили топором. Тютин вступил в ЧВК «Вагнер» летом 2022-го и спустя полгода получил помилование. При вынесении нового приговора суд не установил наличие предыдущих судимостей.
Эксперты говорят, что роста преступности нет, но и массового возвращения с фронта пока не произошло
За 2022 и 2023 годы суды Петербурга рассмотрели уголовные дела 18 участников войны. В 2024-м они вынесли уже 71 решение. Но дальше статистика пошла на спад: 58 приговор за 2025-й и 20 — за неполный 2026-й.
Социологи, с которыми поговорила «Бумага», отмечают, что существенного роста числа преступлений из-за возвращения или бегства в тыл военных, нет. В том числе, вероятно, и потому, что вернулись пока немногие.
«Как минимум можно сказать, что радикального увеличения преступлений, видимо, не происходит. Да, война ухудшает индивидуальный трек и психическое здоровье, но пока нельзя статистически определить, насколько эти ухудшения делают наши города более или менее опасными. У нас нет оснований утверждать, что с фронта возвращаются военные в таком количестве или настолько агрессивные, чтобы российские мирные населенные пункты становились более опасными», — считает независимый исследователь и специалист по российской правоохранительной системе Кирилл Титаев.
Социолог Асмик Новикова заметила, что, согласно федеральной судебной статистике, общее число преступлений в России снижается. В частности, в 2025 году вынесли меньше приговоров за убийства при отягчающих обстоятельствах, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и преступления, связанные с незаконным оборотом оружия. Рост зафиксировали только по хулиганству с использованием оружия.
«Фактически, военные в значительном количестве просто не возвращаются с войны, по крайней мере, пока. Их очень герметично держат в зоне боевых действий. И вырваться оттуда очень сложно, только в виде, я прошу прощения, полутрупа или труппа (ну и дезертирства). И второе важное объяснение — контракты стало возможно подписывать на стадии расследования. До судов просто не доходят дела по насильственным преступлениям. У нас попросту нет приговоров. И как следствие — статистики. Этим в определенной степени объясняется снижение официальной “смертельной преступности”», — говорит Новикова.
Большинство приговоров — за ненасильственные преступления, реальные сроки получили менее половины обвиняемых
Больше всего дел в отношении вернувшихся с войны возбудили по статьям о краже, грабеже и разбое — 66 решений. 33 приговора назначили за наркотические преступления — незаконное хранение, сбыт и покушение на сбыт. Самый большой срок по наркотическим статьям — 13 лет — получил ранее судимый экс-боец ЧВК «Вагнер» Валерий Кан-Са-Уни. Вместе с подельниками он пытался через мессенджеры сбыть наркотики в особо крупном размере.
Третий по частоте тип преступлений — управление автомобилем в нетрезвом виде. За это наказали 18 человек. Один военный, например, пьяным уснул за рулем и врезался в другой автомобиль, из-за чего погибли два человека. Ему назначили 9 лет лишения свободы.
Шесть приговоров вынесли по статье об убийстве и покушении на убийство, еще шесть — за причинение тяжкого вреда здоровью. Всего из-за действий вернувшихся с войны, согласно уже вынесенным приговорам, погибли как минимум восемь человек. Это как ранее незнакомые осужденным люди, так и их близкие. Например, в самом начале 2025 года девять лет колонии назначили Александру Щукину, который вернувшись с фронта до смерти избил свою жену, узнав, что за время его службы она ушла к другому.
Также бывших военных судили за мошенничество с выплатами, хулиганство, угрозы убийством, незаконный оборот оружия, ложное сообщение о теракте и другие преступления.
Самый большой срок — 18 лет колонии — получил Максим Воробьев. Он дезертировал из военной части, после чего обокрал магазин, угрожая продавщице ножом, ранил водителя такси и ограбил его. В этот же день Воробьев напал на мужчину, ударил его ножом в голову и похитил рюкзак и телефон. Пострадавший скончался в больнице.
В целом, реальные сроки присудили по 67 делам. 40 раз участники «СВО» получали условки. В остальных случаях назначали исправительные, обязательные или принудительные работы, ограничение свободы и штрафы.
Как пережить сложные времена? Вместе 💪
Поддержите нашу работу — а мы поможем искать решения там, где кажется, что их нет
Что еще почитать:
- «Его уязвило, что он неудачник». Что удалось узнать об учителе математики, который убил своего двухлетнего сына и его бабушку.
- Лица войны. Мы узнали, что за военные изображены на билбордах с подписью «Гордость России». Среди них — погибшие, преступники и массовка Путина.