Весной 1920 года Михаил Булгаков очнулся после тифа во Владикавказе и узнал, что город уже заняли большевики. Белые ушли без него: везти больного было нельзя. О прошлом пришлось молчать. Булгаков бросил медицину, пошел работать в местный отдел культуры и стал писать пьесы для театра. Но жить так было опасно, и он решил бежать за границу — в Константинополь, а оттуда, может быть, в Париж. Путь к морю лежал через Тифлис и Батуми.
Тифлис
В 1919 году белые мобилизовали Булгакова, тогда военного врача, и отправили на Северный Кавказ. В начале 1920-го армия отступала, а он лежал в тифу во Владикавказе — везти его было нельзя. Очнулся он уже при большевиках.
О службе у белых Булгаков молчал. Но его травили в газете «Коммунист», и прошлое могло всплыть в любой момент. «Если б мы там еще оставались, нас бы уже не было… Нас бы расстреляли», — вспоминала его жена Татьяна Лаппа.
В особом отделе Булгаков сказал, что едет в Тифлис ставить свою пьесу «Сыновья муллы». На дорогу пошли деньги за эту же пьесу. Об этом он позже написал рассказ «Богема» (1925).
Красная армия заняла Тифлис в феврале 1921 года, а в Батуме советская власть установилась 19 марта. Грузинская ССР формально была отдельной от РСФСР республикой, а из Батума всё еще ходили суда в Константинополь. Именно на это и рассчитывал Булгаков.
В конце мая Булгаков выехал из Владикавказа поездом через Баку. Билетов, по его словам, было не купить — приходилось бегать между теплушками и искать, кто возьмет. В начале июня он был в Тифлисе, позже приехала Лаппа. Пьесу поставить не удалось, работы не было. Примерно через месяц они продали обручальные кольца и уехали в Батум.
Батум
Здесь Булгаков впервые увидел юг. Он писал сестре, что пальмы тут «растут из земли», а цветы магнолии размером с тарелку. Но тайно сесть на пароход до Константинополя у писателя так и не вышло. Деньги кончились, вещи распродавали одну за другой. Лаппа уехала первой — морем в Одессу, а оттуда в Москву.
В Батуме Булгаков встретил Осипа и Надежду Мандельштам, которые тогда жили в Грузии. Надежда Мандельштам позже описала встречу с Булгаковым в письме вдове писателя Елене Сергеевне Булгаковой так: на улице к ним подошел молодой человек и спросил, стоит ли отправлять свой роман в московскую редакцию. Мандельштам советовал ехать самому.
В итоге Булгаков уплыл из Батума в Одессу и через Киев добрался до Москвы в конце сентября 1921 года. Всё это он описал в «Записках на манжетах»: первая часть повести — это Владикавказ, Тифлис и Батум, а заканчивается она решением ехать в Москву. Отрывки выходили в 1922–1923 годах, в том числе в берлинской газете «Накануне».
Мифы о Булгакове в Батуми
Торговля керосинками. В Батуми экскурсоводы иногда показывают площадь, где Булгаков якобы торговал керосинками. Эта история выросла из одной детали в письме Надежды Мандельштам: при встрече Булгаков нес продавать одну керосинку. Ничего больше об этой торговле не известно.
«Батумская Маргарита». Еще одна популярная версия — что именно в Батуми Булгаков встретил прототип Маргариты. Ее единственный источник — поздние воспоминания Маргариты Смирновой. Она утверждала, что в 1930-е в Москве ее догнал Булгаков, сказал, что они виделись в Батуми и у них был короткий роман. Воспоминания появились спустя десятилетия, когда роман «Мастер и Маргарита» давно был опубликован, и подтверждений у них нет.
Исследователи творчества Булгакова считают основным прототипом Маргариты третью жену писателя, Елену Сергеевну.
В Грузию Булгаков вернулся весной 1928 года уже известным автором «Дней Турбиных» вместе со второй женой Любовью Белозерской. «Совершенно больной еду в Тифлис», — писал он Евгению Замятину. В тот раз он снова побывал в Батуми.
В 1939 году Булгаков закончил пьесу «Батум» — о молодом Сталине и батумской демонстрации 1902 года. В августе он с женой и бригадой МХАТа поехал в Батуми собирать материал. Доехать не успели: уже в Серпухове поезд догнала телеграмма: «Надобность в поездке отпала, возвращайтесь Москву». Сталин счел пьесу о себе неуместной. После этого здоровье Булгакова резко ухудшилось, в марте 1940 года он умер.
