С июля целями украинских беспилотников всё чаще становятся не только военные объекты и нефтеперерабатывающие заводы, но и склады Wildberries. Логистические комплексы компании часто стоят посреди промзоны, вблизи других коммерческих объектов. Из-за этого, например, 24 июля в Петербурге пострадали склады «Нордэкс Экспресс» и «Петровича».
«Бумага» спросила у военных аналитиков, как защитить подобные объекты от атак БПЛА и что вообще сейчас можно сделать бизнесу для собственной безопасности.
Как вообще можно защититься от дронов?
Упрощенно говоря, есть два способа — пассивный и активный. Пассивная защита создает физические преграды на пути дронов и мешает ему добраться до цели, а активная — обнаруживает и перехватывает беспилотники. Сочетание двух способ дает наилучший эффект.
По словам военного эксперта «Медузы» Дмитрия Кузнеца, к пассивным способам относятся антидроновые сетки и комплексы радиоэлектронной борьбы (РЭБ), которые могут мешать навигации дронов.
К активной защите относятся средства ПВО, дроны-перехватчики и мобильные огневые группы.
Что может сделать сам бизнес?
В первую очередь компаниям нужно оценить угрозу, найти самые уязвимые места и продумать план эвакуации, считает РБК.
— Опасность для разных бизнесов совершенно разная. Если кто-то не полагается полностью на защиту государства по понятным причинам, то человек или структура должны подумать, каковы их шансы пострадать в результате боевых действий и могут ли они являться целью атак, — соглашается в разговоре с «Бумагой» военный обозреватель Давид Шарп. — Если ты понимаешь, что тебя могут не защитить, а компенсацию не заплатить, то нужно минимизировать потенциальный ущерб. Это могут быть меры логистического характера, противопожарной безопасности, какая-то пассивная защита.
Для непосредственной защиты от БПЛА самыми простыми и относительно недорогими считаются антидроновые сетки — конструкции из полимерных нитей или металлических тросов над уязвимыми объектами. Они активно используются на фронте, но в последние годы их начали устанавливать и в глубине России: над нефтеперерабатывающими заводами и над стоянками грузовиков.
— В какой-то степени эти сетки работают. Естественно, они не являются панацеей, но усложняют удары. Если сетка правильно построена, то в ней сначала нужно сделать дырку, в которую уже залетят БПЛА. Значит, нужно потратить на это еще один дрон, — говорит Дмитрий Кузнец.
В эффективности антидроновых сеток при этом сомневается военный обозреватель Давид Шарп: «Сетки, расположенные вблизи цели, как правило, эффективны против всякой мелочи. Для крупных БПЛА и тяжелых боеприпасов сетки не преграда».
Кроме того, предприятия могут использовать средства РЭБ — правда, их установку и использование нужно согласовывать с силовыми ведомствами и Роскомнадзором.
— Но надо понимать, что средства радиоэлектронной борьбы не очень хорошо помогают. Они не всегда могут нарушать спутниковую навигацию, с помощью которой работают многие дроны, — считает Кузнец. Более того, дроны вовсе могут ориентироваться благодаря инерциальной навигации, то есть с помощью датчиков поворотов и ускорений.
А можно просто купить себе ПВО и вооружение?
Нет, но сейчас власти разрабатывают схему по предоставлению ПВО для бизнеса. Скорее всего, это будет доступно только крупным предприятиям — из-за дороговизны и дефицита средств противовоздушной обороны.
После того, как весной 2026 года удары ВСУ вглубь России участились, государство начало последовательно перекладывать расходы на защиту от дронов на бизнес, пишет The Bell. Так, в конце мая РБК со ссылкой на источники в Минобороне сообщило, что частные предприятия смогут использовать крупнокалиберное вооружение для противовоздушной обороны — зенитные артиллерийские комплексы, турели, радиолокационные станции, комплексы РЭБ и спецтранспорт. А перед этим к стратегическим нефтегазовым предприятиям власти стали прикреплять мобильные огневые группы — губернатор Ленобласти публично заявил об их создании в апреле 2026 года и пригласил вступать в них запасников.
При этом даже после таких нововведений бизнес не сможет просто купить оружие: по сути компании будут платить за услуги ПВО государству и «арендовать» у Минобороны технику вместе с военнослужащими. Сколько это стоит — неизвестно. «Предприятия не будут получать ПВО. Они будут получать военную часть, на которую записано ПВО, что они оплатили», — отмечает в беседе с «Бумагой» военный эксперт Дмитрий Кузнец.
Как конкретно система «сдачи ПВО в аренду» будет работать — пока до конца неизвестно. Возможно, вооружение предоставят всем желающим заплатить. Или же государство будет по запросу определять, действительно ли конкретной компании нужно ПВО и в каком объеме. В любом случае эксперты предполагают, что Минобороны вряд ли будет массово выделять бизнесу дефицитные зенитно-ракетные комплексы (ЗРК) и системы с современными дронами-перехватчиками.
ЗРК стоят много — например, дивизион из четырех машин С-400 «Триумф» в 2019 году стоил около 625 миллионов долларов, а экспортная цена одной ЗРПК «Панцирь» в начале 2010-х составляла около 14 миллионов долларов. Стоимость дронов-перехватчиков ниже и зависит от модели — за один комплекс, который продается на открытом рынке, придется заплатить около 3 миллионов рублей.
— В лучшем случае это будут военнослужащие с пулеметами. Может быть, с переносными зенитными ракетными комплексами, которые с плеча запускаются. Это возможно, поскольку государство заинтересовано в том, чтобы люди платили сами. Оно не хочет полностью нести расходы, — добавляет Кузнец.
При этом средства ПВО, которые защищают конкретный объект, могут быть не очень эффективными: если Украина решит отправить десятки или сотни дронов к цели, ПВО не поможет.
— Одна из главных метрик, по которой ПВО можно измерить, — это емкость канала отслеживания. Какой-нибудь [зенитный ракетный комплекс малой дальности] «Тор» может вести одновременно четыре цели. Если дронов будет восемь, он, скорее всего, их не собьет. Хотя у системы ПВО будет довольно много ракет в запасе, — говорит Кузнец.
Незадолго до решения российский властей, Украина также запустила систему «частного ПВО» — украинские военные сравнивают ее с частными охранными компаниями, но для защиты воздушного пространства. Украинская система более децентрализована, но пока ее эффективность рано оценивать.
Насколько всё это помогает при атаках? И что действительно было бы эффективным?
Любые меры по защите от атак БПЛА снижают риски. Но пока нет ни одной системы, которая могла бы наверняка прикрыть любой объект.
По оценке Давида Шарпа, очень многое по-прежнему упирается в то, что делает государство. Защита коммерческих объектов, противовоздушная оборона и компенсации за ущерб в результате войны зависят именно от властей.
— Надо понимать: если Украина очень захочет, то она объект поразит. Однако можно сделать так, чтобы для нее это было дороже. Если объект не очень ценный, то, скорее всего, [в ВСУ] наплюют на это дело. Но если в Украине приняли решение, то мало что поможет в нынешних условиях, поскольку интегрированной ПВО в масштабах страны, которая могла бы сбивать дроны на подлете и отражать массированные атаки, в России пока нет, — считает военный эксперт «Медузы» Дмитрий Кузнец.
По его мнению, создать интегрированную (то есть единую) систему ПВО очень сложно. В такой системе должна быть общая сеть датчиков и средств поражения. Эта сеть должна обнаруживать БПЛА и отслеживать их маршрут, а также распределять цели между средствами ПВО — в таком случае дроны возможно перехватывать на подлете.
Пока идеальной системы для отражения беспилотных атак нет ни в одной стране, писала «Медуза». Сейчас в России ее надеются создать. Министр обороны Андрей Белоусов обещает, что к ноябрю в стране появится новая система ПВО с искусственным интеллектом — она якобы позволит бороться с дронами на всей территории России. Но эксперты сомневаются: пока что эволюция средств противодействия дронам не превосходят темпы развития самих БПЛА.
Пользуйтесь соцсетями и смотрите YouTube как раньше
Что еще почитать:
- Как защитить от дронов Петербург и Ленобласть? Помогут ли запасники, которых набирает Дрозденко? И может ли Украина ударить по городу ракетой? Разбираемся с военными экспертами
- «Я поняла, что потеряла всё». Предприниматели с Wildberries — о последствиях атаки на петербургские склады
