Здесь есть обугленная мастерская утонувшего парфюмера и видеосалон с кассетами, а в сервисе по ремонту мотоциклов работает двойник почтальона Печкина. Это не новый и не прославленный стихийный кластер на Волковской среди кладбищ и промзон. К 2028 году в этих краях должны построить хаб наземного метро.
«Бумага» побывала на заброшенном заводе «Пигмент», узнала, грозит ли ему снос и рассказывает истории его загадочных обитателей.
Дом парфюмера
Когда художник и парфюмер Мурк Помпезный в поисках мастерской наткнулся на цеха заброшенного завода «Пигмент» на Грузинской улице, стены там были черными после пожара, а в полу второго этажа была «огромная яма, из которой до потолка выступала куча мусора», вспоминает его друг и соратник Эммануил Овсянников. Это было именно то, что нужно.
«Он мне говорил: такие места ты не найдешь где-то на Авито. Их надо буквально ходить и искать. И он ходил и искал, пока не оказался здесь», — говорит Эммануил.
Лакокрасочный завод №3 Научного-производственного объединения «Пигмент» закрылся еще в нулевые. Часть территории выкупил строительный холдинг «ЛЭК» (теперь «Л1»), часть осталась у города. Участки сдали в аренду бизнесменам, которые в свою очередь пересдали цеха и землю под автосервисы, небольшие производства и мастерские.
Мурк, он же Сергей Зимонин, обосновался там в 2019 году, уже изрядно поскитавшись вместе с друзьями по арт-кластерам на месте заводов. «Сначала мы въезжали в полузаброшенные здания, а через пару лет цену аренды повышали, оттуда все сливались и вместо нас заезжала какая-нибудь частная школа», — вспоминает Эммануил.
Чтобы платить за аренду нового места, Мурку пришлось сдать свою комнату в коммуналке и переехать в небольшое помещение рядом с мастерской. Отопления в заводских корпусах нет, поэтому зимой Мурк топил дровами печку, рассказывает друг. Мылся он сначала в тазике, а потом в найденном неподалеку чане для замеса хлеба.
«Тут всё было как средневековое — печка, умывальник. Ему это было непросто — вставать каждое утро, колоть дрова, потом греть воду. Но думаю, что из-за ощущения чего-то средневекового он выбрал и это здание, и сам район Волковской», — вспоминает Эммануил.
Больше года художник приводил мастерскую в порядок: настелил пол и положил линолеум. Почти все материалы Мурк нашел на помойках завода. Он не стал скрывать следы пожара, для атмосферы оставил стены обугленными. Арендодатели, по словам Эммануила, уважали Мурка: он в одиночку, будучи некрупным парнем, отремонтировал целый этаж корпуса.
После ремонта Помпезный завел инстаграм, начал приглашать людей и разрешил приятелям за небольшую плату проводить в мастерской фотосессии. Основным заработком художника было изготовление духов — для них он создавал необычные черные флаконы в виде насекомых или растений.
Днем 2 мая 2023 года тело Мурка Помпезного достали из Обводного канала. Версия полиции — самоубийство, но друзья художника в это не верят:
«Никаких доказательств [суицида] нет. При каких обстоятельствах он оказался в воде, никто не знает. У человека было много планов, в этот день он хотел продать свою коммуналку, чтобы купить жилье и наконец переехать с Волковской. За пару дней до смерти мы обсуждали сценарий спектакля, который он только написал», — рассуждает Эммануил.
Друзья Мурка сохранили мастерскую, которая и теперь остается центральным местом творческой жизни «Пигмента».
Жизнь на брутальной территории
Вместе с Мурком на «Пигменте» обосновались и другие художники. Среди заметных обитателей завода — керамическая мастерская «Странное место», художник по фарфору Александр Лузанов и видеосалон Golyj Wood.
Ксения Шепилева из «Странного места» называет завод «очень брутальной территорией». Зимой неотапливаемые помещения приходится обогревать дровами. За время работы там Ксения приобрела навык «растопить что угодно и из чего угодно».
«Поначалу колола [дрова] коряво, по-девичьи. Но когда долго работаешь на гончарном круге, руки так накачиваются, что дрова уже не страшны», — делится Ксения.
Чтобы закупать дрова вместе, художники «Пигмента» создали отдельный чат. Брать брикеты дорого, поэтому они заказывают машины с распиленными б\у окнами. Обогревать ими помещение всю зиму обходится в 20 000 рублей. На электрическое отопление видеосалон Golyj Wood тратит столько же за один месяц.
Владелец Golyj Wood Артем Груздев живет по соседству с видеосалоном, в мастерской, где создает театральные декорации. Печкой он поддерживает зимой минимальную температуру в 18 градусов. Последние 19 лет Артем жил в мастерских чаще, чем в квартирах, но в таких экстремальных условиях — впервые.
«В этом есть определенная степень свободы — ты ни к чему не привязан, не зависишь от соседей, можешь шуметь ночью сколько хочешь. Но бытовые неудобства здесь, конечно, большие. Главное, что я узнал — тепло, оказывается, невероятно важный ресурс, без которого зимой ты просто помрешь. Никогда не придавал этому такого значения — наверное, это можно понять только в деревне и здесь», — рассказывает Артем.
«Странное место» и его обитатели
Первым художником, который поселился на «Пигменте», стал Александр Лузанов — известный мастер по фарфоровой кукле. В 2016 году у него был заметный проект «Между Эколо» — Лузанов размещал фарфоровые куклы и их части во дворах Петроградки, чтобы изучить влияние среды на объект: как вокруг кукол возникает миф и как реагируют на них жители.
Лузанов снял под мастерскую бывшую раздевалку рабочих «Пигмента», где до сих пор сохранились стеллажи для одежды. У него стояла печка для обжига керамики, и чтобы ею воспользоваться, в 2019 году на «Пигмент» впервые пришли Ксения Шепилева. Через год, говорит она, Лузанов ушел в монастырь, а Ксения с подругой открыли в его мастерской проект «Странное место».
С потолка мастерской свисают виниловые пластинки и разноцветные шатры. Большую часть декора создал еще Лузанов. «Он задал тон. Когда приходишь на заброшку, легко растеряться, но он мастерски умеет создавать уют из ничего», — говорит Ксения. Сам Александр вернулся из монастыря и занял соседнее со «Странным местом» помещение.
В 2022 году Ксения запустила мастер-классы, чтобы монетизировать свое увлечение керамикой. Первое занятие было запланировано на 25 февраля, и в начале войны формат неожиданно стал очень востребованным.
«Тогда все хотели собираться и быть рядом друг с другом, но не знали, как это делать прилично. И этот формат выглядел приличным», — вспоминает Ксения.
Кроме гончарных мастер-классов, Ксения организовывает в «Странном месте» лекции о барокко и живописи Северного возрождения, музыкальные квартирники, киноклуб и другие ивенты.
Свои мероприятия устраивает каждый творческий проект завода. Чтобы собрать все события «Пигмента» в одном месте, Александр и художница по костюмам Елизавета Пискунова создали телеграм-канал Volkovskay Life, и аудитории проектов постепенно слились в одну.
Заводская обстановка не пугает большинство посетителей гончарных мастер-классов «Странного места», среди которых преобладают молодые девушки. По словам Ксении, иногда к ней приезжают женщины на дорогих иномарках, которые «в жизни делают всё правильно, а на заброшенном заводе кайфуют от свободы».
Видеосалон с рейвами и балабановщиной
Golyj Wood притягивает на заброшенный завод ярко одетую публику, которая вечером идет мимо КПП на рейвы или гранж-концерты.
Сначала видеосалон находился в кластере на Биржевой линии — «Бумага» рассказывала историю его создания. Однажды, чтобы отдохнуть с друзьями и вспомнить детство, Артем принес в мастерскую видеомагнитофон, телевизор и VHS-кассеты. Друзья посмотрели «Короля льва», и по воспоминаниям Артема, «получилось здорово». Тогда Груздев и его коллега Аргентина Корбут решили открыть видеосалон и приглашать на такие показы всех желающих. По знакомым они собрали 500-600 видеокассет, а на «Авито» нашли самый большой телевизор из эпохи VHS.
Осенью 2024 года видеосалон переехал на Волковскую и переориентировался на проведение мероприятий: концертов, гранж-фестивалей, хардтехно-рейвов. Сам видеосалон остался скорее как традиция: в отрыве от городских точек притяжения команда посчитала такой формат невостребованным. Комната с телевизором и стеллажами VHS-кассет теперь зажата между двумя концертными залами, а фильмы включают в основном во время концертов — для уставших от шума посетителей. Большие показы тоже случаются, но теперь не на винтажном телевизоре с видеомагнитофоном, а на проекторе в главном зале.
Визитная карточка Golyj Wood — стена из нескольких десятков телевизоров, которая украшает концертный зал пространства. Впервые эту инсталляцию команда сделала для одного из фестивалей:
«Мы составили из 20 телевизоров видеостенку и посмотрели „Кояанискаци“ — красивый, зрелищный фильм. Это было очень круто – до этого ни я, ни кто-либо из ребят не смотрели кино на 20 экранах сразу», — вспоминает Артем.
Сейчас телевизоров на стенке уже 60. На них транслируют видеоряд во время концертов: команда старается развиваться в визуальном перформансе и в виджеинге – искусстве создания визуального ряда под музыку в реальном времени.
На «Пигменте» Golyj Wood планирует проработать еще минимум год, но в коллективе уже думают о переезде. Артем считает, что завод плохо приспособлен для общественных пространств: «Нас спасает, что мы видеосалон — это слово оставляет легкий налет балабановщины». В идеале он хотел бы заново открыть Golyj Wood в более людном месте — вернуться в центр или переехать в менее промышленный кластер, вроде Севкабеля.
Печкин и дружба с рабочими
«Здесь давно хотят построить жилой комплекс, но каждый раз приезжают экологи, делают замеры и не дают на это добро. Всё же почва здесь после десятилетий химического производства. Так здесь и остается промзона под сдачу — в основном работают автомастерские и мебельное производство», — пересказывает не подтвержденные слухи петербургский байкер Дмитрий Сидоркевич, знаменитость «Пигмента» по прозвищу «Печкин».
Дмитрий прославился в 2019 году как двойник персонажа мультфильма «Простоквашино». Он ведет паблик «Пеchkin style», куда выкладывает свои фотографии. В 2020 году его даже пригласили в гости на студию «Союзмультфильм», где снимается «Простоквашино».
С 2017 года Дмитрий работает в мастерской по ремонту мотоциклов Moto-ferrum в помещении бывшего заводского архива — прямо под мастерской Мурка Помпезного.
Атмосферу «Пигмента» Печкин называет «промышленно-культурной». От КПП к мастерским ведет разбитая грузовиками грунтовка, за корпусами лежит внутризаводская железная дорога, а вдоль нее — остовы разобранных автомобилей. Субботним днем здесь стоит гул из рева болгарок и поп-музыки российских радиостанций.
По словам Эммануила, рабочие автомастерских и мебельных производств в основном смотрят на художников «как на чудиков, или на детей, которые чем-то балуются, хотя мы все здесь взрослые люди». Но промышленная и культурная части «Пигмента» уживаются хорошо.
Один из авторемонтников подружился с Мурком, после чего художник часто «подгонял» ему собственные духи в обмен на стройматериалы. Другой рабочий автосервиса стал постоянником концертов в Golyj Wood, а Печкин при открытии видеосалона отдал заведению все свои домашние видеокассеты.
«Мне кажется, это особенное место. Потому что большинство людей устали от лофтов — когда заброшенные заводы переделывают в модные кластеры, и все галеристы модненькие там тусуются. В этом как будто есть что-то ненастоящее, и этого слишком много», — делится художник по костюмам Елизавета Пискунова.
Хаб электричек и слухи о сносе
«Сюда собаки ходят умирать», — вспоминает один из администраторов видеосалона слова таксиста, который подвозил их до «Пигмента».
По данным 2021 года, станция метро «Волковская» — наименее загруженная в городе. Жилой район вокруг — всего пара десятков малоэтажных сталинок, зажатых между кладбищами и промзоной. Выход из метро находится в здании ТЦ «Радиус», где работают только булочная «Хлебник», салон мобильных аксессуаров и пункт выдачи Ozon.
«От Волковской ощущение, что тут почти никто не живет. Когда вечером, часов в десять, заходишь на станцию, ты часто заходишь один. Спускаешься по эскалатору один, ждешь поезд один — станция работает как будто только для тебя», — рассказывает Артем.
Первые мероприятия после переезда в Golyj Wood посвятили местному колориту: техно-вечеринка «техно-вой на Волковской» и кинопоказ фильмов об оборотнях «Волчье кино». Три кладбища Волковской — Лютеранское, Православное и Литераторские мостки — Артем называет доминантами района. При этом за полтора года он убедился, что здесь есть всё необходимое для комфортной жизни:
«Работают пара узбекских кафе, пункты выдачи [маркетплейсов], „Магнит“, а недавно еще и „Хлебник“ открылся. Правда, из заведений здесь одна рюмочная [„У Гоши“] — очень хорошая, но открыта почему-то с 6 утра до 10 вечера. Зато по ночам тишина, как в деревне», — рассказывает Артем.
По словам Эммануила, с деревней Волковскую сравнивают и гости мастерской Мурка, и понятно, почему: «Сразу у выхода из метро чувствуешь запах костра. Потом от станции идешь мимо церквушки по полевой тропинке, а неподалеку еще заросшие деревьями кладбища».
Но безлюдной Волковская останется, похоже, совсем ненадолго. К 2028 году на месте грузовой станции собираются построить пассажирский терминал, куда с Московского вокзала переведут пригородные электрички.
В будущем на Волковской также планируют создать первый в городе хаб наземного метро, где пересекутся два маршрута городских электричек Ораниенбаум — Белоостров и Гатчина — Токсово. Хотя подготовка к строительству началась еще осенью 2024 года, на месте будущего трехэтажного терминала пока лежит лишь груда щебня.
Один из администраторов видеосалона рассказывает о слухах, что ради будущего вокзала снесут и «Пигмент». Однако на существующих схемах территория завода не попадает в зону строительства — вокзал будет стоять рядом с западной границей предприятия. Опрошенные «Бумагой» художники «Пигмента» в угрозу скорого сноса не очень верят — разговоры о нем идут с 2021 года, но пока ничего не происходит.
Память о друге и готические фотосессии
О смерти Мурка Помпезного Эммануил узнал в эмиграции и решил вернуться. Он боялся, что мастерскую займет новый арендатор, а с предметами из нее что-то случится.
Друзья художника переоформили аренду помещения на себя и договорились сдавать его под фотосессии, чтобы на эти деньги установить на могиле Мурка памятник. Больше года они откладывали на мемориал почти всё заработанное на съемках.
Съемки быстро стали популярны среди «готического кластера города», но и обычные фотографы теперь часто предлагают клиентам сессии в «мастерской мрачного художника». Эммануил недоволен, что часть гостей воспринимает мастерскую Мурка как фотостудию, «где тебе чай нальют и тапочки предложат». На сессии, вспоминает Эммануил, приходили «девочки из ЦУМа», и спрашивали, почему в помещении не повесят «нормальный» подвесной потолок. Других состоятельных петербуржцев эстетика мастерской не смущает.
«Люди всё по-другому воспринимают, если это сделал художник. Мурк притащил когда-то ковры с помойки, а богатые женщины на них лежали и фоткались в шубах, не думая, откуда этот ковер взят», — рассказывает Эммануил.
Для коллектива мастерской основная ценность пространства не в фотосессиях: последние годы оно развивается как театральная площадка, на которой регулярно ставят спектакли, а театральный проект «Теневая культура» проводил здесь музыкально-художественную выставку «Коты и тени».
Для спектаклей в мастерской есть сцена с пианино, о котором Мурк всегда мечтал: инструмент принесли уже после его смерти. В последние три года у друзей художника появилась традиция приносить в мастерскую подарки — недавно появилась радиола, а Эммануил вешает на стены свои театральные маски.
Но самым притягивающим внимание объектом в мастерской остается черный конь-качалка. Эммануил отмечает, что это не просто арт-объект, а еще и аттракцион:
«Мурк подошел ко мне и сказал, что хочет сделать коня. Я ему ответил: “Чувак, какой конь, тебе 30 лет?”, а он сказал, что это будет крутой конь. Он мастерил его даже 31 декабря. Когда доделал, предложил покататься — и это было очень весело», — вспоминает друг парфюмера.
Из-за готического стиля мастерской Мурка подозревали в оккультных практиках или даже сатанизме, но друзья художника считают эти слухи далекими от реальности:
«Он был не сатанист, а самый светлый человек, которого я знал. Со всеми дружил, всех принимал, подсказывал любому, кто спрашивал что-то по творческой части. Наверное, внутренне у него был мрачный мир, но к миру внешнему он относился как самый добрый человек», — вспоминает Эммануил.
«Пигмент» дал художникам возможность осесть хоть на какое-то продолжительное время, продолжает он: лофты работают год-два, а «промышленно-культурный» кластер на Волковской — уже семь. «Здесь это уже целая жизнь. Начинали снимать, когда всем было лет по 20, теперь многим уже за 30, при этом все продолжают расти и придумывать что-то новое».
К слухам о возможном сносе завода друзья покойного художника Мурка Помпезного относятся спокойно. В этом случае, размышляет Эммануил, надо просто делать что-то помасштабнее — осваивать новое пространство, как и хотел Мурк.
Что еще почитать:
- «У нас было помещение, много кассет и большое желание смотреть кино». Зачем двое петербуржцев открыли видеосалон в стиле 90-х.
- Студент построил деревянную лодку в Коломне. Он катается на ней по ночам, знакомится с людьми и проводит концерты
